Статистика ВК сообщества "Котласский Коллекционер"

0+
Русский Север. История родного края.

Графики роста подписчиков

Лучшие посты

Из истории деревни Вондокурье, Котласский район, Архангельская область.
Вондокурье упоминается в письменных источниках XV века. В грамоте 1423 года оно указано в числе владений великой княгини Марии Ярославны, жены Василия Васильевича Темного. В XVI веке дважды проводилась сошная перепись населения Устюжской земли, но писцовые книги не сохранились. В XVII веке наша местность входила в состав Устюжского уезда. Уезд делился на трети: Сухонская, Южная, Двинская. В Двинскую треть и входил Вондокурский стан.

В царской жалованной грамоте именитому человеку Григорию Дмитриевичу Строганову (1656-1715) от 7200 (1692) года Июля 25, Вондокурье упоминается как крупное село во владениях Строгановых. Как крупный населенный пункт, Вондокурье обозначено на картах XVI-XVII веков. Основными промыслами того времени были скотоводство, земледелие, обработка древесины для нужд судостроения.

Освоение новых пахотных земель и рост численности населения Вондокурья привели к необходимости создания нового церковного прихода, а значит, и строительства нового храма. В XV-XVI веках вся жизнь была пронизана общением с Богом. Без церковного благословения невозможно было ни родиться, ни умереть, ни обзавестись семьей, ни окрестить детей, ни похоронить родителей. Хозяйствование на земле также было связано с церковным календарем.

Первое упоминание о церкви в Вондокурье относится к начале мая 1561 года. В Вондокурье тогда стояла деревянная церковь во имя Воскресения Христова, а настоятелем храма был поп Семен. Каменная церковь была возведена в честь Святой Троицы в 1795-1806 годах, северный придел – в 1871 году. Известны и имена мастеров, выполнивших фрески, сохранившиеся до наших дней: «…исполнена живопись тщением Матфея Низовцева и Николая Большакова при священнике Якове Малиновском живописцем Иоанном Калиновским».

Казакова Л.А.: «Моя бабушка Клавдия Михайловна, 1903 г.р., рассказывала со слов ее предков, что на строительство Вондокурской церкви с местных жителей, принадлежащих данному уезду, взимали налог в виде яиц».

Церкви принадлежало 12 деревянных лавок, которые сдавались в аренду. Приписаны две деревянные часовни: в деревнях Ядриха и Шипицыно. Было в приходе и две церковно-приходские школы: Вондокурская и Шипицынская. В Вондокурский приход входили деревни: село Вондокурское, Новое село, Борок, Усово, Пилатиково, Милославле, Прислон, Студениха, Ногинская, Меглино, Нестерово, Межник, Манылово, Словенское, Ядриха, Шипицыно, Губино, Горка, Мышкино, Устькурье и другие. В 1889 году в них насчитывалось 454 двора, 1530 мужчин и 1599 женщин.

В настоящее время в деревне зарегистрировано 52 дома, постоянных жителей – 9. Летом население значительно увеличивается за счет дачников. Самым старшим жителем деревни является Стрекаловская Мария Яковлевна, 87 лет (на Вондокурье с 1938 г.). Несмотря на преклонный возраст и тяжелый труд (работала на общих работах, на свинарнике, дояркой, в войну вручную заготовляла лес, была бригадиром-звеньевой по овощеводству), живет не в благоустроенной квартире, выделенной ей от совхоза, а в деревенском доме. С ностальгией рассказывала она о прежней жизни, удивляя некоторыми фактами. Что в колхозе содержали кур и гусей, что когда заготовляли лес в делянках, то баню организовывали общую: мужики и бабы мылись вместе, что «много огурцов и помидоров наростало».

По воспоминаниям Баева Николая Александровича, коренного жителя Вондокурья (1937 года рождения), в 40-50 годы прошлого века в деревне насчитывалось около 100 дворов, был детский сад, прекрасный клуб, библиотека, медпункт, магазин, школа, сельсовет – все руководство было в Вондокурье.

Школа была большая, типовая –П-образная, 10 аудиторий, широкие коридоры. Детей было много, учились в две смены, классы были по 30 человек и больше, учиться ходили со всех окрестных деревень. Во время Великой Отечественной войны в школе продолжали учить детей, только вот некоторые, закончив 4 класса шли работать, так Шиляков Василий Александрович (1930 г.р.), родом с Нового Села, закончив начальную школу в Вондокурье, стал помогать взрослым. Всю жизнь до выхода на пенсию он проработал в сельском хозяйстве, был и заведующим фермой, и управляющим. Теперь вот на пенсии, зимует в квартире в Шипицыно, а с весны до осени выращивает овощи на вондокурской земле, в деревне у него дом.

Больше 40 жителей Вондокурья не вернулись с войны, погиб и брат Николая Баева Анатолий, а брат Михаил попал в плен в первые дни войны, был в концлагере в Бухенвальде, но выжил, в 1948 году вернулся на родину. Брат Королевой Галины Александровны Тюшев Николай погиб в Белоруссии, похоронен там же в селе Новая Гута Гомельской области. Причем в этом селе одна из улиц носит его имя, а местные жители ухаживают за его могилой. (Тюшевы были родом с Межника, родители Галины и Николая в 1921 году венчались в Вондокурской Троицкой церкви).

В конце 40-х годов директорствовал в школе Кулижных Сергей Афанасьевич, был добрым и справедливым. Учащиеся сами делали ремонт в школе, заготовляли дрова, за учебниками ездили на пароходе в старый Сольвычегодск. Котласская молодежь ходила на танцы в деревенский клуб: летом переправлялись на лодках, зимой – пешком по льду.
Семьи у вондокуров были в основном большие, Николай Баев был, например, восьмым ребенком в семье. Отец Николая был первым председателем колхоза «Красный огородник» (1935 г.), ходил в церковь, дети все были крещеные. Мать была верующая, рассказывала, что когда в 1937 году по указанию властей с церкви скидывали колокола, два местных мужика согласились помочь, так вот они потом бесследно сгинули, точно об их судьбе ничего неизвестно.

Старожил Мария Яковлевна помнит, как целыми подводами увозили иконы из церкви, куда-то в Котлас. «Один мужик иконку-то о земь! Раскололась она, он и бросил. Я же подобрала – и сейчас она в доме». Последним служителем в Вондокурской церкви был протоиерей Воскресенский Николай Александрович, в 1937 году 29 марта был арестован, обвинялся в том, что являлся участником контрреволюционной группы, состоящей из Котласского духовенства, вел антисоветскую агитацию. Постановлением тройки при УНКВД по Севобласти от 25.07.1937 года приговорен к расстрелу. Приговор приведен в исполнение 6.11.1937 года. Несколько лет церковь стояла закрытой, после войны ее передали колхозу под склад.

Был в деревне свой молокозавод, выпускали сыр, сливки, сливочное масло (маслобойку крутили вручную), продукцию переправляли на лодках в Котлас. Причем велась селекционная работа: в хозяйствах единоличников Северо-Двинское Губернское земельное Управление проводило конкурс среди коров, о чем свидетельствует «Аттестат Вондокурского краткосрочного Конкурса Молочности» (от 15 октября 1927 г.), выданный Баеву А.М. в том, что его корова подвергалась экспертизе и заняла на конкурсе девятое место. Работала артель «8-е марта» (прототип нынешнего ЖКХ), зимой чистили дорогу – запрягали 6 лошадей, а сзади деревянный треугольник, на лодках в любое время суток осуществлялась переправа за реку. В вондокурской конюшне после войны содержались лошади для РККА (Рабочее-Крестьянская Красная Армия), 10-15 голов, их держали на спецпайке, к сельхозработам их не привлекали, лошади были красивые, ухоженные.

В конце 40-х – начале 50-х годов на деревню или две приходилось по колхозу: в Вондокурье был колхоз «Новая жизнь», в Бугино и Новом Селе – «Первомай», в Межнике и Словенском – «Труд». Те, кто не работал в колхозе (их называли «отходниками» или «единоличниками»), обязаны были поставить государству мясо, молоко, яйца, шкуру свиную. В 1954 году указом президиума Верховного Совета РСФСР Удимский и Вондокурский сельсоветы были объединены в Удимский. В 1958-1960 годах колхозы стали укрупнять, образуется совхоз «Шипицынский» (1959), жизнь стала лучше, велось строительство жилья, строили дома в Куимихе, Уртомаже. Но в Вондокурье капитального строительства не велось, так как деревня находится в зоне возможного подтопления (тогда и начался отток жителей из деревни). Школу из неполной (семилетка) преобразовывают в начальную с четырьмя годами обучения. Коровы хорошо доились, высоки были урожаи картофеля, моркови, а особенно - капусты. Продукция поставлялась в ОРСы (отделы рабочего снабжения) и отправлялась в Воркуту, Инту, Мурманск. А в церкви работали селекционеры, был выведен сорт капусты «Вондокурка», семена даже отправляли в Америку. Кочаны родились по 10-15 кг. В совхозе были хорошие зарплаты, работникам давали путевки в дома отдыха, на курорты.

Но пришли другие времена. Реки хотели повернуть вспять (нач. 70-х годов, при Брежневе Л.И.). При исполнении этого замысла руководства Вондокурье было бы затоплено. Проводимая сельскохозяйственная политика лишает деревню перспективы. Закрывают школу. Люди переезжают, кто в Шипицыно, Куимиху, Котлас, а кто и еще дальше. Специально для работников совхоза «Шипицынский» в Шипицыно в 1973 году начинается строительство 100-квартирного дома, правда, жильцы заселились в него лишь в 1988 году. Примерно в 1978 году сгорел детский сад. Реки поворачивать вспять передумали, но людей вспять повернуть было уже нельзя. Была построена и дорога (1985 г.), но положение Вондокурья это уже не спасло.

Все это время (с послевоенных лет до конца 80-х гг.) Вондокурская церковь использовалась для хозяйственных нужд колхоза, потом совхоза. Был склад, хранили семенное зерно, так как лучшего места было и не найти – чисто и сухо. В южном приделе стояли трактора. В церкви был идеальный порядок, несмотря на то, что использовалась она не по прямому назначению. Все окна были застеклены, крыша не протекала, все было на замках, под присмотром кладовщика. И вот буквально за последние годы храм превратился в то, что мы можем наблюдать. На месте церковного кладбища находится теперь дорога, стоят дома дачников. Все, что можно было унести или увезти, бесследно исчезло.

Исчезли бесследно и очень многие деревни, которые некогда входили в Вондокурский приход: Борок, Усово, Круча, Костяшево, Пилатиково, Ямшаниха, Нестерово, Меглино и многие другие.

23 7 ER 2.7267
Интерьер дома Двинского крестьянина, содержателя Трактира, постоялого двора на Русском севере.ЦИВОЗЕРСКИЙ ПОГОСТ(деревня Семунинская)

По своему архитектурно — планировочному решению дом является одним из наиболее сложных домов — шестистенков. Первый этаж дома изба — двойня, состоящая из двух стоящих рядом четырехстенных срубов. В доме воссоздан интерьер дома зажиточного двинского крестьянина, содержателя трактира. В помещениях первого этажа восстановлен традиционный интерьер зимней крестьянской избы и сельского трактира. Несмотря на наличие в доме нескольких жилых помещений зимняя изба это главное жилое помещение с хлебопечной печью. Интерьер избы традиционен для крестьянской избы Верхнего Подвинья XIX — начала XX века. Над входом в избу устроены полати, которые, как и поверхность русской печи, использовались для сна и отдыха. Мебель в избе, исключая стол, традиционно врубленная: опечек, шкаф—судник, лавки, полавочники. Декоративный приём оформления крестьянской мебели раскрашенная профилированная резьба на филёнках опечка, голбца и шкафа-судника. Подобный тип декоративного оформления интерьера избы характерен для домов Сольвычегодского уезда Вологодской губернии (ныне Архангельской области).
В другой избе устроен трактир. По линии печи трактир разгораживает стойка, за которой на полках находятся посуда, бакалейный товар, винные и водочные бутылки, меры для водки (обязательный атрибут патентованной торговли спиртным). На стойке стоит большой самовар. Подобные деревенские трактиры служили и лавками, где можно было купить чай, сахар, дешёвые сладости. Поэтому в интерьере трактира присутствуют весы.
Второй этаж — шестистенок с заулком, в составе которого три жилых помещения. Помещения второго этажа (кабинет, спальня, гостиная) будут решены «на городской манер», отражая характерную для конца XIX — начала XX веков тенденцию влияния городской культуры на уклад жизни и быта зажиточного крестьянства.
На фото Постоялый двор, деревня Семунинская в Цивозеро, 1970-е. Фото из архивов КИМХМ им. С.И. Тупицына. Дом перевезён в Малые Корелы.

13 0 ER 1.8178
Котласский район, Уртомаж, если говорить строго официально, состоит из двух деревень: Малый Уртомаж и Большой Уртомаж, и расположен в трех километрах от поселка Шипицыно в сторону Архангельска вниз по течению Северной Двины, дорога на Архангельск как раз и проходит через Малый Уртомаж, а Большой Уртомаж расположен справа ближе к реке. Еще лет тридцать назад две деревни четко отделялись друг от друга промежутком, бывшим когда-то метров в двести. Но постепенно этот промежуток застраивался жителями, переселявшимися сюда в ходе ликвидации так называемых "неперспективных" деревень, в основном из соседней, когда-то большой деревни Новинки, а также совхоз здесь же строил квартиры для своих работников, - и постепенно деревни окончательно слились. Название Уртомаж произошло от протекающей рядом лесной речки Уртомаж. В обиходе обе деревни еще называют "Урдюм", иногда это звучит как "Ордюм". Двойные, а то и тройные названия деревень вообще характерны для этой местности. В этом тексте слово Уртомаж без добавления слов "Большой" и "Малый" будет употребляться в смысле к обоим деревням в целом.

Годы основания деревень автору неизвестны. Но судя по характеру заселения и застройки, первой не позднее середины 19-го века появилась деревня Большой Уртомаж. В ней более старые дома, она расположена ближе к реке, как и большинство соседних деревень. Даже в разговорах еще и сейчас про Большой Уртомаж кто-нибудь да скажет "Старый Урдюм". В ней же был расположен, да и сейчас в ней находится магазин. Есть основания говорить, что когда-то Северная Двина протекала в промежутке между деревнями Усть-Курья и Фаустово не по дуге вправо вокруг Марковского острова, как сейчас, а напрямую, то есть непосредственно мимо деревень Княжево, Большой Уртомаж, Новинки, Туровец, Красная Гора (Носариха). Об этом можно сделать вывод из легенды-сказания о нападении на Туровец черемисов в 16-м веке ("Сказание об иконе Богоматери на Туровецком погосте"), из свидетельства художника Верещагина В.В. в его книге «На Северной Двине» (Москва, 1895 г., стр. 13): «...направились к местечку Туровцу со старой деревянной церковью на самом берегу Двины [подчеркнуто мною - А.Б.]. Церковь небольшой древности, второй половины прошлого столетия, не представляла большого интереса: все иконы переписаны до крайности неумелыми мастерами. Набравши наружный вид все-таки довольно оригинальной постройки... я спустился с крутого высокого берега к лодке, и мы двинулись в путь» (27 мая 1894 г.). То есть река была под самой церковью, раз чтобы сесть в лодку, достаточно было лишь спуститься с угора. Есть живые свидетели, что еще в начале 20-го века судовой ход реки ниже д.Княжево шел напрямую по нынешнему Урдюмскому полою, а не как сейчас - по дуге мимо Тулубьевского, Песчанского полоев и деревни Крутец. Владимир Егорович Вяткин, бывший житель деревни Крутец, ныне проживающий в Котласе, свидетельствует, что мимо Крутца основное русло реки пошло в 1952 году, а до этого шло напрямую между Марковским островом и Уртомажским лугом, так называемой "Большой чистью", под Крутцом же была запань (крюк, в котором собирались молевые бревна, и станок, которым собравшиеся в крюке бревна связывались в пучки). Пониже деревни Усть-Курья от левого материкового берега к Марковскому острову были натянуты боны, направлявшие молевой лес направо к крутецкой запани. В этих бонах были ворота, а на берегу - будка сплавщиков, которые при приближении судна или плота открывали эти ворота, чтобы пропустить судно или плот. Сейчас на месте самого старого русла под деревней Большой Уртомаж осталась старица, в которую чуть ниже по течению впадает речка Уртомаж.

Уже позднее Большого Уртомажа постепенно начала строиться и разрастаться новая деревня на расположенной в паре сотен метров "большой дороге", отчего эта новая деревня и стала называться Малым Уртомажем. Первоначально она и была меньше соседней деревни, это потом уже к концу 20-го века она переросла свою предшественницу и в конце концов слилась с ней. Как и в соседних деревнях, в обоих Уртомажах население в основном занималось земледелием и животноводством, распахивая и заселяя очищаемые от леса поля, выкашивая обширные заливные луга. Наиболее предприимчивые занимались и торговлей. Из них был известен Горынцев Иван Дмитриевич, 1859г.р., репрессированный и расстрелянный по решению тройки НКВД в 1930 году. Немалым подспорьем для пропитания являлись охота и рыбалка, благо река и лес рядом, и живности и там, и там было не в пример нынешним временам. Коренными жителями обоих деревень следует, несомненно, считать фамилии Горынцевых и Зубовых, многочисленные потомки которых живут в них, а также с соседних населенных пунктах и поныне. Семьи раньше были большие. Иметь пять и более детей было обычным делом, не как сейчас - один, два ребенка.

В Уртомаже в 1904 году на средства Устюжского уездного земства открылось Уртомажское земское училище. По нему в Клировой ведомости Туровецкой церкви 1916 года (данные из книги В.В.Мелентьевой "Туровец. Святая Русь. Святое место...", Котлас, 2009, стр.75) имеются такие данные:, что в 1904 году в нем учились 93 мальчика и 21 девочка, в 1910 году - 62 мальчика и 23 девочки. Не посещали училище в 1904 году 19 мальчиков и 67 девочек, в 1910 году - 10 мальчиков и 56 девочек.

Но рядом быстро развивалась с начала 20-го века деревня Шипицыно, в которой появились и расширялись, особенно в советское время, лесозаготовительная, деревообрабатывающая и сопутствующие им отрасли промышленности, поэтому культурная и образовательная жизнь постепенно переместилась туда. В Уртомаже же осталась лишь начальная школа, которая размещалась в светлом просторном одноэтажном здании в Малом Уртомаже. Но все-таки стоит сказать, что и Уртомаж строился и расширялся. Сельское хозяйство осталось и постепенно концентрировалось здесь. Расцвет деревни приходится на пору коллективизации и в дальнейшем образования здесь сначала колхоза имени Кирова, а с 1959 года отделения совхоза "Шипицынский". Первым управляющим Уртомажским отделением был Дьяков Иван Иванович, проживавший в ту пору в соседней деревне Усть-Курья. Расширялись и распахивались все поля в округе, проводилась мелиорация. Выкашивались все заливные луга. Строились новые здания ферм, складов, гаражей, мастерских, пилорамы, жилые дома для работников совхоза, клуб. Был свой медпункт. Длительное время отделение возглавляли Гошев Василий Алексеевич, Большакова Фаина Ивановна.

Но общие тенденции в стране сказались и здесь. Из деревни постепенно разъезжалась молодежь, в связи с чем в 1970-е годы закрыли и начальную школу. Последними учительницами в ней были Ермолаевская Тамара Александровна и Снеткова Евдокия Тарасовна. В 1980-е годы в связи с перестройкой сельское хозяйство оказалось на задворках интересов руководства страны. Дотации на сельхозпродукцию постепенно сошли на нет, и производить овощи, зерно, молоко и мясо в нашей зоне рискованного земледелия и длинной зимы стало убыточно. В результате к концу столетия совхоз "Шипицынский" пошел с молотка. Скот распродали, фермы разобрали на кирпич. Единственное здание, еще не разобранное, это кирпичный гараж с конторой, которое купили местные предприниматели Зубаревы и собираются оборудовать в нем автомастерскую. Поля зарастают, часть сельхозугодий отданы под дачи. Пилорама развалилась. Клуб продали частнику под жилье, давно закрыт медпункт. От школы остался один остов. В деревне живут в основном пенсионеры. Немногочисленному населению не пенсионного возраста на месте работы практически не найти. Выручают лишь подсобное хозяйство да кой-какая работа в Шипицыно. Но были всякие времена, были и всякие испытания, пережил их русский человек... Не надо только терять веры в себя, в свои силы и в свою удачу. И все наладится.

© Анатолий Барсуков, 2010 год

27 7 ER 2.0944
Сегодня по берегу Северной Двины за целый день столько находок

15 1 ER 1.6400
Уголок на севере России.Ленский район, Архангельская область.
Даже для человека, знакомого с историей Ленского района , название этого городища - Туглим - вызывает яркие ассоциации: ярмарка!
Вот здесь, на этом открытом месте перед Иоанн -Предтечинской церковью (построена в 1710, колокольня - в 1838 году), и проходили ярмарки, на которые съезжались люди с Яренского и других уездов.
Так, например, в 1678 году здесь стояло три больших амбара, таможенная изба, кабак и более двадцати купеческих лавок. Также рядом находился целый куст деревень, поэтому церковный приход был довольно приличный.
Стоит одинокая церковь посреди большой поляны, но с реки Вычегда её купола видно. Крещенская ярмарка проходила с 06.01-18.01. Купальницкая ярмарка проходила с 24.06-01.07.
О Туглимских ярмарках,купцахс смотрите видеосюжет.

14 3 ER 1.3831
Сегодня нашёл, ходил по сенокосу. Что это может быть? Какой век?
Кто подскажет?

1 12 ER 1.1065
Происхождение деревень Котласского района своими корнями уходит далеко в глубь XIV- XVI веков.Изначально они возникали по берегам рек Северной Двины и Вычегды, а также непосредственно вокруг городов Великого Устюга и Соли Вычегодской. Северная Двина была единственными водными воротами для иностранцев в Московию.
И не случайно так подробно на Голландских картах 1614-1690 г.г. были указаны населённые пункты Севера России, в том числе отмечен Котлас. В более позднее время началось заселение вглубь в бассейна рек Лименды(Нименды),Котлас (Котлашанка), Удимы и др., о чем свидетельствуют исторические источники.

10 1 ER 1.0275
Как-то само собой случилось, что я, спустя почти тридцать лет, в конце девяностых, возобновил литературное творчество. Тогда и написал публикуемое ниже стихотворение «На Бабаевских угорах». До районирования в 1924 году, числились эти места в составе Великоустюгского уезда Вологодской губернии, а ныне принадлежат Котласскоу району Архангельской области. Это родина моего отца и деда. Семейное родословное повествование рассказывает, что появился мой род на Севере, пробираясь большим обозом с озера Ильмень, в незапамятные времена. Уже прапрадед уходил с Севера на войну с турками, следующие поколения участвовали в войне с Японией (1905 г.), а дед погиб на Первой мировой. Когда-то многолюдное место, сегодня опустело.

Виталий Плотников

НА БАБАЕВСКИХ УГОРАХ

1.
Угоры да пригорки,
Лесок да хуторок,
Да вьет скороговорки
Осенний ветерок,
Да жалостливо плачется
Подросточек-сосна -
В сквозном
Коротком платьице
Продрогла вся она.

А рядом,
На поскотине,
Среди коров-пеструх,
Злым сиверком с болотины
Прохваченный пастух.

А дальше,
За еловником,
Дороги колея,
За ней сереют скромненько
Заплатками поля.
Дорога, словно пьяная,
То вкривь ведёт, то вкось,
И, как дерюжка рваная,
Над речкой брошен мост.

2.
Бреду дорогой грязною,
Срезаю напрямки.
На пашне чьей-то вязну я...
Вдруг – голос у реки.
Мужик поизносившийся
(В работе, видно, крут,
Избою покосившейся
Его оплачен труд)
Стоит хмельной под деревом
С весельем напоказ:
- Ну, как природа Севера,
Живут селяне как?..
А что ему отвечу я
(Стыд окатил волной):
- Деревня изувечена
Реформой и войной...

3.
Вон стонет беспризорная,-
Гниет, пустеет, мшит,-
Изба. Резьбой узорною
Подзор ее подшит.
Она казалась крепостью
И другу, и врагу,
И смерть её нелепостью
Назвать я не могу.
С поветью, пятистенная,
Со взвозом да мостом...
Большой семьи вселенная
Вмещалась в этот дом.
Тянулись поколения
Из года в новый год,
Ведя с благословением
Свой черносошный род.
Любили землю, холили:
И пашни, и луга...
И столько пота пролили,
Что хватит на века.
Да, только, той упряминки
Сломали стерженёк,
И даже вот завалинки
Потомок не сберег.

4.
Что ж,
Так уж получается -
Всему есть свой пролог:
С порога начинается
Судьба любых дорог.
Вначале на пригорки,
А дальше –
Всё в угор.
Да «закатали горки»
Хозяина в разор.
От пота плечи солоны
Да «сбиты кулаки»...
На все четыре стороны
Бежали мужики
От родового племени
Бабаевских славян
В кручинное безвременье
Да в городской бурьян.

5.
- Да где же был он, горестный,
Когда вели торги,
Когда крестьянской совестью
Платили за долги? -
Спросил у хуторянина,
А он сказал, как мог:
- Работали на "барина"
Весь этот долгий срок.
Да бились с супостатами…
Смотри, ядрёна вошь,
С мотыгой да лопатою
Сейчас не проживёшь...

6.
И битый правдой, фактами
(В душе и боль, и грусть)
Тропинкою обратною,
Как драный пёс, тащусь.
Вдоль речки, где смородина
Заполонила луг,
Где дерева колодина
Да жёрнов – камень-круг,
Где в лопухах пригорок –
Остатки хуторка.
Туда, к дороге в город,
Бреду по волокам.

©Плотников В.И. (Котлас, Арх. обл., 1997 г.)

ФОТО:
Бабаевская сторона, окрестности дер. Егово, фото - М.Залесская.
Бабаевская сторона, мост через реку Удима у дер. Егово. Фото Настя Хохлова, 2015 г.
Бабаевская сторона, дер. Прела. Владимир Биричев и Виктор Васильевич Белослудцев на пахоте. Фото - Ирина Смирнова, 2015 г.
Бабаевская сторона, село Башарино, дом Головиных.
Бабаевская сторона, окрестности д. Прела, фото - Виталий Щекин.

1 0 ER 0.5928
Клад пятаков найденый в начале сезона 2019 года. Архангельская область.

16 0 ER 0.8892
ЦИВОЗЕРСКИЙ ПОГОСТ(«Знамя», 24.11.1987)Красноборский район, Архангельская область.

Сельский погост – неизменная часть пейзажа дореволюционной России. Это, по словарю Даля, «отдельностоящая на церковной земле церковь с домами попа и причта, с кладбищем».
Цивозерский погост. Он возник в 1658 году, когда здесь была построена церковь и колокольня. Легенду о их постройке записал известный русский художник В.В.Верещагин, путешествовавший в 1894 г.по Северной Двине.

«Ездил в соседнюю деревню Цивозеры, с деревянною же «обыденною церковью». В 1650 г. здесь был большой падеж скота, от которого население спаслось постройкой этой церкви, общими силами, в один день – отсюда название «обыденной» церкви – в честь покровителей животных Флора и Лавра. Теперь эта маленькая церковь в загоне, потому что рядом выстроена новая, каменная, разукрашенная золочеными завитушками и финтифлюшками, какие не найдешь ни в одном стиле, и буквально режущих глаз. Все, что можно было перетащить из старой захиревшей церкви в новую, вынесено; остались иконостас, старые паникадила и некоторые другие вещи, по простоте своей признанные недостойными украшать новый храм… Только раз в год в день Флора и Лавра в старой церкви совершается богослужение».

Построенная «в один день» не следует понимать в буквальном смысле: невозможно построить в один день церковь и колокольню. Вероятно, строительный материал – лес – действительно, был заготовлен и вывезен всем миром, скажем, в течение недели. Сами же постройки быстро сделала артель плотников.

Описанная В.В.Верещагиным деревянная церковь в Цивозеро не погибла. В 1901 г. она была переделана под школу и служила не один десяток лет. Когда Цивозерская начальная школа закрылась, то в здании разместили почтовое отделение.

В XVIII и XIX веках на Севере вместо существовавших деревянных церквей стали строить кирпичные. Цивозерский погост не исключение: каменная церковь, судя по записям В.В.Верещагина, построена во второй половине XIX века. Старая церковь сохранилась. Экспедиция Центрального Совета ВООПИК, обследовавшая в 1972 г. памятники архитектуры нашего района, сделала запись: «Цивозерский погост. Каменная церковь Петра и Павла с приделом св. Георгия. Композиция объемов двухсветового ротондального купольного храма с низкой вытянутой абсидой, трапезной и шатровой трехъярусной колокольней. Главка храма и завершение колокольни утрачены».
(Абсида – это закругляющая часть алтаря, ротондой называется круглое помещение, перекрытое куполом, трапезной – помещение в церкви для ожидания богослужения).

Памятникам деревянной архитектуры на Севере не везет. С постройкой каменных церквей начался процесс уничтожения старых, представляющих огромную архитектурную ценность. Об этом с болью пишет В.В.Верещагин.

О деревянной колокольне в Белой Слуде он пишет:
«Несколько лет тому назад была разломана стоявшая близ церкви колокольня, тоже деревянная и очень высокая: она покривилась и при сильном ветре покачивалась. Так как крестьяне старинных построек не ценят, а священники немножко стыдятся, то ее недолго думая и сломали. Часть осмиугольного сруба стоит и теперь в стороне, как сторожка для приема покойников, а остальное изрублено на дрова – изрублено с трудом, потому что топор едва брал это «гнилое» дерево. Из рассказанного мне далее было видно до какой степени варварски обращаются в захолустных местах со старыми церквями, единственными памятниками старины».

О шатровой церкви в Березонаволоке:
«Выше по речке Уфтюга сломана очень старая церковь, еще настолько крепкая, что лес употребили сначала на церковный амбар, а потом из него сделали часовню; церковь, вероятно, одна из самых старых построек окрестности, сломана по приказанию… викария Устюжского. Священник этой церкви достал было денег на поправку ее, но его преосвященство распорядилось коротко и ясно: «Снесите мне это» и старую церковь, никому не мешавшую, раскололи на дрова».

Наше современное общество постепенно теряло многие нравственные качества людей. Сейчас в условиях перестройки предстоит возрождать их. Одно из таких – правдивость.
В 1930-е гг. под видом борьбы с религией шло массовое разрушение церквей, нанесен непоправимый урон памятникам архитектуры. Сейчас нет тех людей, кто санкционировал это дело, но остались их последователи, разделяющие те же мысли, немало людей равнодушных.

Замечательным памятником Цивозерского погоста является колокольня, о которой сегодня рассказывается в газете.
В 1902-1904 гг. по командировке этнографического отделения Русского музея путешествовал по Северу художник и график Иван Яковлевич Билибин(1876-1942). Из своих поездок художник привез произведения, посвященные Северу. Некоторые из его рисунков тогда же были воспроизведены на художественные открытки. Одна такая открытка была посвящена Цивозерской колокольне.

Билибин писал: «Старинные деревянные церкви, являясь почти единственным памятником прежнего русского деревянного зодчества, имеют огромное значение… К сожалению… эти великолепные образцы почти совсем неизвестны… между тем на далеком Севере, находясь в неограниченной власти малокультурного в художественном смысле духовенства и еще менее культурных прихожан, рушатся, вандальски уничтожаются или искажаются до неузнаваемости ремонтами дивные памятники старинной архитектуры…».
Краевед С.И.Тупицын,
В этом году в апреле произошёл пожар. Сгорело 11 домов, 110 гектаров травы, кустов и деревьев, а также купол церкви XVII века.

6 0 ER 0.6718

Рекламные записи

На фото - храмы села Пермогорье со стороны Северной Двины. Фотографии сделаны Кукарниковым Александром во время его путешествия на яхте из Рыбинска в Архангельск в 1976 году.
Пермогорье расположено немного к северу от Красноборска «на высоком левом берегу Северной Двины, может быть, самом высоком и живописном на всем ее протяжении» (Грабарь И.Э. История русского искусства. СПб., 1910. Т.1). Первые упоминания о нем относятся к 1379 году. Главным украшением его являются два старинных храма: каменный во имя Воскресения Господня (1748-1762 годы) и деревянный – Георгиевский (1665 год).
Здесь также приводится ссылка на фрагмент воспоминаний художника Василия Верещагина о его путешествии по Северной Двине, где упоминается Пермогорье - http://muvz.livejournal.com/12871.html

15 0 ER 1.5017
Устьмехреньская соха, дер. Новошино, Красноборский район, Архангельская область.

По заброшенной среди топких болот и дремучих лесов Дмитриевщине (куда входила и деревня Новошино), изолированной от всего остального мира, можно проследить исторические события давно минувших дней.

В Х – начале ХI веках в Двинской край стали проникать Новгородцы. Река Вага служила одним из важных путей этого проникновения, следовательно, и ее главные притоки, в том числе и река Устья, длина которой составляет 477 км. Чтобы найти ее на карте, надо сначала отыскать треугольник, образованный реками Сухоной, Северной Двиной и Вагой.

Внутри этого треугольника и пробивает себе путь река Устья, пока не отдает свои воды реке Ваге – левому притоку Северной Двины. От истоков вниз по реке Устья создавались деревни – сначала Маломса, затем Новошино, Шадрино, Синики и далее вниз по течению до впадения в реку Вага.

Новгородцы появились в этих местах очень рано. Явились они сначала в качестве торговых гостей. По согласованию с местными князьями устраивали около их городищ свои торговые станции – погосты и время от времени наезжали туда со своими товарами, выменивая у туземцев главным образом пушнину. Около более бойких погостов начали оседать новгородские ушкуйники, которые сначала занимались торговлей, а потом захватом земель. Погосты были укреплены в случае нападения полудиких туземцев. Более богатые торговцы строили самостоятельные «осадные дворы». Кто же такие ушкуйники? Официальная история сообщает не много. Это молодые ребята из Великого Новгорода, которые собирались в группы – ватаги. Обычно они формировались из предприимчивых молодцов, отправлялись в дальние края, в частности на Север, где торговали, а чаще грабили местное население. Их главной добычей была пушнина.

Обычаи ушкуйников в какой-то мере сохранились в деревне Новошино до наших дней. Молодые парни собирались в ватаги и ходили на гулянья в д. Шадрино, чтобы там подраться с местными парнями. Эти мероприятия проводились не стихийно, а серьёзно готовились. Я хорошо помню, когда большие ребята приглашали нас, пацанов, и говорили, чтобы мы за пазуху ложили камни, которые пригодятся, если с шадринцами будет драка. Мы около деревни Шадрино ждали сигнала, когда потребуется наша помощь.



Название «ушкуйники» связано с названием судна, на котором ватаги совершали набеги и походы. Ушкуй – узкое, легкое и быстроходное речное судно на 20–30 гребцов, сделанное из сосны. Ушкуйники – профессиональные бойцы, вольные люди – новгородцы, они освоили Русский Север. Сердце ушкуйничества – Новгород.

В небольших погостах обычно строился общий амбар для товаров, над ним – церковь с трапезой, служившей конторой и местом собраний. Торговые ларьки и жилые помещения строились сплошной стеной наружу и служили в качестве крепостной стены в случае нападения туземцев.

Естественно, Дмитриевский погост имел подобное устройство. Его ограда из амбаров высилась над крутыми берегами рек Мехреньги и Устьи. По месту положения он назывался вначале не Дмитриевским, а Устьмехреньским, а по нему и весь округ до конца XVII века назывался Устьмехреньской сохой.

Укрепленные погосты служили базой для установления власти Великого Новгорода над Вагой, Двиной. Жители этих погостов своими силами или с помощью присланного из Новгорода отряда овладевали городищем частного князька и налагали на туземное население новгородскую дань. В XII веке Вага принадлежала Новгороду.

В XIV веке новгородские владения усиленно колонизировались толпами эмигрантов из центральной России, выжимаемыми оттуда двойным гнетом – татарщины и удельной княжеской власти.

Перед падением Новгорода мелкие суздальские князья предъявили Новгороду претензии на многие его деревни и целые районы под предлогом, что они заселены выходцами из их владений. Между мелкими удельными княжествами всегда были неурядицы, более того, необходимо было содержать князя, его двор и дружину. Из-за невыносимого гнета народ бежал на свободные земли Новгорода и к концу XV века заселил эти земли довольно густо.

Но не все новгородские владения колонизировались одинаково. Между колонизацией Ваги и колонизацией Устьи существовала значительная разница, позднее повлиявшая на формы общественной жизни этих областей.

Вага колонизировалась крупными новгородскими боярами, владевшими на ней обширными «бояршинами», купленными в 1315 году новгородским боярином Василием Своеземцевым у местных князьков. Переселенцы на эти земли были в большой зависимости от собственников земли, владевших ими «в сущем образе князей». Правление Вагой было олигархическим. Важскими посадниками всегда были крупные бояре-землевладельцы, управлявшие областью часто через своих слуг.
Автор книги Клавдий Александрович Корняков.
Вся книга по ссылке ниже https://vk.com/wall-73527836?q=%D0%9D%D0%B0%D0%B2%D0%BE%D1%88%D0%B8%D0%BD%D0%BE&z=album-73527836_276308497

11 0 ER 0.8892
Города Чернигов и Выбор стоявшие на реке Вычегда в прошлые века.
В Сольвычегодском летописце упоминается, равно утверждают и местные старожилы, что выше города Сольвычегодска расстоянием от него к востоку в трех верстах на правой стороне реки Вычегды, на устье речки Черной, стоял древний город Чернигов, сгоревший в 1546 г.
Затем, в том же летописце под 1557 годом значится, что близ города Чернигова основан был храм святых великих царей Константина и Елены.
Под 1581 годом сообщается о возведении при реке Вычегде за Соли-Вычегодским посадом города Выбора, который просущестовал всего девять лет. По известию летописца бывший в Выборе храм Вознесения Господня с приделом Архангела Михаила в 1590 году был перенесен на посад на торговую площадь Соли-Вычегодской и перенесение это, как видно из сообщения местного историка, вызвано было разрушением рекой Вычегдой города Выбора.
В котором именно году началось переселение черниговцев на место существующего города Сольвычегодска, неизвестно, но одной из причин для этого переселения было желание воспользоваться солончаками, находившимися близ города Чернигова, где некоторые из жителей Чернигова начали строить варницы у соляных озер, в местности, называемой зырянами Сол-дор и получившей впоследствии название Соли-Вычегодской. Местность эта, где стоит теперь город, находилась в 6 верстах от реки Вычегды, изменившей впоследствии свое русло и омывающей ныне городские берега. Пожар, истребивший город Чернигов, и уничтожение водами Вычегды города Выбора заставили и всех остальных жителей этих первоначальных поселений сосредоточиться в месте нахождения нынешнего города Сольвычегодска.
Дальнейшее увеличение числа обитателей Соли-Вычегодской и процветание зарождающегося города оследовало со второй половины XVI века. Прежде дорога в Сибирь, как сухим путем, так и водой пролегала мимо Соли-Вычегодской; здесь соединялись почти все пути, по которым проникали в старину к Оби отважные искатели приключений и наживы.
В 1558 Аника Строганов, получивший царскую жалованную грамоту, писанную на старшего его сына Григория, на право владения всеми землями около реки Камы от Соли-Камской*[Город Соликамск в то время еще не был построен] до устья Чусовой имел уже у Соли-Вычегодской соляные варницы, вел торг разным товаром и здесь в зимнее время съезжались в большом числе торговые люди: сибирцы, пермяки и зыряне, привозили во множестве зверей и всякую мягкую рухлядь и, положив начало знаменитой впоследствии «Соболиной Пермской» ярмарке, Вызвали увеличение числа жителей Соли-Вычегодской и обогощение всего местного населения.
О начале города Соли-Вычегодской местный историк Соскин, между прочим, говорит: »А как оставший город Чернигов в 1546 году сгорел и новопостроенный город Выбор рекою Вычегдою сметало, то по сим несчастным приключениям оставшие черниговские и выборские обыватели переселились к своим согражданам на новоизбранное место…и именован город Соль-Вычегодская, по умножившемуся знатному промыслу и по течению реки Вычегды, которая тогда течение имела от города Соли-Вычегодской на южную сторону в 6 верстах, но по имевшемуся полою (новое русло) после настоящее течение мимо города возимела…», и затем Соскин добавляет:»…от самой Двины и выше 200 верст о жительстве пермскаго и зырянскаго народа нигде в историях и летописцах не упоминается, а единственно на том разстоянии издревле жительствует народ славяно-российский, а особливо в городе Соли-Вычегодской большею частию поселившиеся новгородцы».
О древнейшем состоянии Соли-Вычегодской местные сведения имеются лишь, начиная с 1531 года, а именно в Синодике градской Афанасьевской церкви под этим годом записаны имена погребенных в убогом дому, но так как переселение из Чернигова началось задолго до времен Иоанна IV, а в царствование его было уже здесь старинное многолюдное и богатое селение, церкви и множество соляных варниц, то основание Соли-Вычегодской относят к XIV столетию.
В XV веке, а именно в 1483 году, в войсках великого князя, посланных против вогуличей и югры, участвовали, между прочим, и сусоличи. В дальнейшей истории собственно города Соли-Вычегодской могут быть отмечены лишь несколько нижеприведенных выдающихся событий, означенных в местных летописях и документах.
В 1517 году Степан, Осип и Владимир Федоровы Строгановы получили жалованную грамоту на построение у Соли-Вычегодской соляных заводов.

1533 г. Основание Преображенского прихода.

Около 1535 г. основание Афанасьевского прихода.

1549 г. В Соли-Вычегодской был сильный пожар, объявший пламенем святые церкви на торговой площади и множество дворов на посаде. Пламя подошло за 10 сажень до борисоглебского монастыря и прекратилось лишь после усердной молитвы игумена Дионисия и граждан перед иконами Всемилостивого Спаса и Пресвятой Богородицы Одигитрии.

1546 г. Сгорел город Чернигов и остальные жители переселились в Сольвычегодск.

1553 г. Новый пожар.

1555 г. Мор от неизвестной причины, погребено 383 человека.

1556 г. Великий голод как и в других городах. В Соли-Вычегодской умерло 1400 человек.

В 1557 г. Продолжение голода, умерло 1000 человек. В том же году в числе прочих сборщиков дани, посланных царем и великим князем Иоанном IV в Сибирские земли, были лучшие соли-вычегодские люди Нечайко Вычегжанин и Афонька Гогунин.

1560 г. Основание Иоанникием Федоровым Строгановым соборной каменной церкви Благовещения Пресвятой Богородицы.

1565 г. (а по другим сведениям 1570 г.). Положено основание Введенского монастыря строением ограды и церкви деревянной во имя Введения во храм Пресвятой Богородицы. Основателями были: Яков, Григорий и Семен Аникиевы Строгановы.

В 1567 г. Составлена переписная книга посадским домам и хозяевам.

1571 г. Великое моровое поветрие, начавшееся 8 июля. По обещанию граждан основан храм деревянный во имя Всемилостивого Спаса Нерукотворенного. Храм совершен и освящен единодневно в 16 день августа и Божиим милосердием моровое поветрие стало ослабевать и в ноябре совершенно прекратилось.

1575 г. Составлена писцовая книга города Соли-Вычегодска и в ней значится, между прочим, несколько церквей в Борисоглебском монастыре. Основание как этому монастырю, так и Воскресенскому положено еще в конце XIV столетия.

1576 г. Как упомянуто в Синодике, в убогом дому погребено умерших от морового поветрия 620 человек.

1579 г. Во время пожара сгорело 10 церквей и 500 домов.

В 1581 году Вычегда окончательно приняла свое течение около самого города, причем Никольская церковь была перенесена на другое место, так как старое Никольское церковное место смыло водой.

1586 г. Освящение церкви Благовещения Пресвятой Богородицы, строение котрой начато в 1560 г.

1590 г. Рекой Вычегдой разрушен город Выбор. Церковь Вознесения Господня с приделом Михаила Архангела перенесена на посад на торговую площадь Соли-Вычегодской.

В 1594 году сгорели остатки города Выбора, а образ Спаса Нерукотворенного, званием Черниговский, стоявший в башне над воротами, взят из пожара и отнесен в Сольвычегодскую на посад в церковь Спаса Нерукотворенного образа, называемую обыденною.

В 1596 году освящение церкви в Введенском монастыре, основанном в 1565 году и постройка в монастыре же новых церквей Никитою Строгановым.

1602 г. Под эти годом в соливычегодском летописце значится, что на Вычегде на усть-речки Усолки около каменной соборной церкви и дворов Строгановых был острог (городовое укрепление).

1607 г. Соливычегодский гражданин Андрей Аникиев Строганов пожалован с потомками «именитым».

В 1613 году 22 января были в Соли-Вычегодской польские люди под предводительством пана Якова Яцкого с русским ворами и казаками, - жили в городе три дня. В это нашествие врагов в Соливычегодске сожжены все церкви и дворы, кроме двух монастырей: Борисоглебского и Введенского, да Афанасьевской стороны и церквей: Спаса Нерукотворенного образа и Успения Пресвятой Богородицы и строгановских дворов. В городе найдено убитых 196 человек, в том числе на одной торговой площади, с Леонтьем попом, 27 человек.

В 1625 году составлены писцовые книги письма и меры Парфенья Мансурова да подьячего Василья Архипова.

1636 г. Большой пожар; сгорели новый острог, а в нем все дворы и церкви.

1638 г. Сгорело 250 дворов.

1656 г. На посаде сгорело 5 церквей и 320 дворов.

1669 г. Кончина в Соли-Вычегодской блаженного Иоанна юродивого (Самсоновича).

1680 г. Основание Григорьем Строгановым первого каменного храма введения Пресвятой Богородицы в Введенском монастыре на место сгоревших деревянных церквей.

1684 г. Составлены писцовые книги города и уезда письма и меры стольника Григорья Овцына да подьячего Василья Крюкова, и в это время городские укрепления уже не существовали.
С начала XVI века, как это видно из дозорных книг и великокняжеских грамот, Сольвычегодск или Усолье состоял в Устюжской четверти.
Источник https://www.booksite.ru/fulltext/ste/pan/ovs/kyv/olo/..

10 2 ER 0.8892
СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ
По рекам Вологде, Сухоне и Северной Двине / А. Фирсов // Исторический вестник. - СПб., 1907. Фрагмент.

По Северной Двине. – Красноборск. – Художник А. А. Борисов. – Злоключение одного коммивояжера. – Старинные церкви. – Толоконные горы. – Село Черевково. – Село Верхняя Тойма

Двина, приняв в себя Вычегду, берет северо-западное направление и более или менее сохраняет его до самого Белого моря. Ширина ее здесь уже более версты. Долина реки чрезвычайно широка. Оба берега невысоки, покрыты некрупною зарослью.
Пристали на минутку к пристани у незначительного села Комарицы. У берега расставлена масса помч для ловли рыбы. Впереди на высоком левом берегу виден заштатный городок Красноборск. О ничтожестве городка, имеющего всего 671 жителя (по переписи 1897 года), можно судить уже по тому, что в нем не имеется даже телеграфа. Население занимается изготовлением плетеных из черемуховых ветвей тарантасов и расписных бураков. В городке бывает четыре ярмарки в году, из которых наибольшее значение имеет ноябрьская – торг беличьим мехом. Близ Красноборска в д. Глубокий Ручей в 1866 году родился недавно приобретший известность художник и путешественник А. А. Борисов. Около города этот поэт нашего крайнего Севера построил себе дом и студию. С парохода отлично виден выкрашенный в коричневую краску дом с башенкой.
В Красноборске наш пароход сдал мраморную надгробную плиту с интересной надписью: «Под сим камнем покоится тело непорочной девицы Татианы Петровны Маловой. Жития ее было 70 лет».
В салоне коммивояжер известной петербургской фирмы, ярославец по происхождению, севший на пароход в Котласе, повествовал одному пассажиру о своих путевых злоключениях.
– Представьте себе, в прошлом году я нарвался на ирбитской ярмарке на шулера. Он, с... с... (излюбленное его словечко – к счастью, в салоне не было дам!), меня и двух купцов объегорил в банчок рубликов на шестьсот.
– А вы в первый раз наскочили на шулера?
– Ну, этого я сказать не могу. Да вот, на последней нижегородской ярмарке со мной опять приключился грех: другой шулер облегчил мои карманы почти на двести целковых.
– Охота же вам садиться играть в карты со всякими неизвестными лицами.
– Всему вина – подлый коньяк. Хватишь его рюмашек пять, а то и больше, в голову ударит, ну, тогда и подавай карты. Но не я буду, если этого с... с..., ирбитского жулика, не изловлю как-нибудь и не изувечу его.
– А суда и узилища не боитесь?
– Не беспокойтесь. Я ему наедине насажаю фонарей так, чтоб он, с... с..., по крайней мере с месяц просидел дома и чтоб хоть за это время не обыгрывал честных купцов.
Этот разговор представлялся мне бесцельным, пока я не заметил, что из каюты второго класса к нам иногда наведывается подозрительного вида человек, а наш комми возобновляет все тот же разговор всякий раз, как заметит его близкое присутствие. Не было ли это предупреждением с его стороны этому новому врагу, или, может быть, это был тот самый враг, которому предстояло со временем сидеть дома в синяках.
Селения, особенно на левом берегу, идут караваном, одно за другим. Вот село Пермогорье на высоком, отвесном берегу. На откосе видна красивая группа сосен. Из двух храмов особенно интересен тот, который стоит ближе к реке. Вообще по Северной Двине вы еще увидите не мало деревянных церквей старинной затейливой архитектуры. Недаром покойный В. В. Верещагин совершил в 1894 году путешествие по Двине на шняке и зарисовал наиболее типичные старинные храмы, еще не успевшие погибнуть и от времени и от руки человека.
У Пермогорья, стоящего в конце отрогов Пермских гор, Двина сильно пошаливает и образует здесь небольшие переборы, т. е. пороги.
Правый берег, долго бывший низким, стал подниматься и недалеко от села Черевкова поднялся настолько значительно, что образовал высокие белопесчаные горы, называемые здесь «Толоконными».
Село Черевково на левом берегу. Черевковская волость, состоящая из нескольких селений, одна из обширнейших и богатых полостей в Сольвычегодском уезде. Черевковцы, потомки свободолюбивых новгородцев, энергичных и предприимчивых ушкуйников, никогда не знавшие крепостного права, своею хозяйственностью и зажиточностью славятся по всему уезду. Благодаря тучным пастбищам, здесь разводится прекрасный скот, в большом количестве продаваемый в Архангельск и в обе столицы. В селе же сосредоточивается значительная торговля хлебом, льном, кожею, соленою рыбою. Часть населения уходит на отхожие промыслы, пильщиками.
Перед селом Верхней Тоймой оба берега совсем упали. По средине реки вытянулись три типичных двинских островка: длинных, низменных, песчаных, покрытых мелким кустарником. На левом берегу виден ряд селений, носящих собирательное имя Дядиных, и среди них погост Ягриш с самыми жгучими брюнетками на нашем Севере.
Село Верхняя Тойма, или Верхотоимский погост, стоит на очень высоком правом берегу, при впадении в Двину реки того же названия. Это очень древнее новгородское поселение, упоминаемое между прочим в духовном завещании Иоанна III. В настоящее время Тойма является значительным административным и торговым центром в уезде, обслуживающими окрестный район верст на 160. В лавках, запертых обыкновенно в будничные дни и бойко торгующих в дни воскресные и базарные, население приобретает муку, говядину и прочие жизненные продукты. В селе есть земская больница и земская школа. Больница, будучи первой на пути от Архангельска вверх по Двине, приобретает особенное значение во время навигации, так как лишь здесь могут быть сданы заболевшие на судах.
Зажиточная Тимошинская волость, тяготеющая к Верхней Тойме, пользуется дурной славой: почти все ее население, уходящее на заработки в Архангельск на лесопильные заводы, заражено сифилисом. Земская медицина, энергично борющаяся с этим злом, здесь пока является довольно бессильной.
После 2 часов ночи (говорю «ночи» только по привычке, так как в действительности ночи вовсе уже не было) «Преподобный Зосима» за Нижней Тоймой вступил в пределы Архангельской губернии.
Полную версию статьи А.Фирсова можно прочесть по данной ссылке - https://www.booksite.ru/reise/firsov/index.htm

2 0 ER 0.1581
Экспонат выставки "Северные экспедиции Музея имени Андрея Рублёва. 1963–1971 годы" (открыта до 1 июля 2018 года)

БОГОМАТЕРЬ «ВСЕХ СКОРБЯЩИХ РАДОСТЬ»
Первая половина XVIII века. Яренск
Дерево, темпера. 110 × 87 см
КП 627, инв. 1293-I
Из села Лена Ленского района Архангельской области
Экспедиция И.А. Кочеткова, август 1968 года

Село Лена расположено на правом берегу Вычегды между Яренском и Цилибой, немного в стороне от реки. В последней трети XVIII столетия там были построены два каменных храма, сменивших прежнюю деревянную, в которой, по-видимому, первоначально находилась икона Богоматери Всех скорбящих Радости. Она близка по манере письма произведениям Ивана Дьякова, жившего в первой трети XVIII века в Яренске, административном и культурном центре уезда. Мастер выполнял работы по заказам здешнего воеводы и купцов. Аналогичные по иконографии и письму иконы, происходящие из окрестных храмов, хранятся в Национальном музее Республики Коми в Сыктывкаре и Государственном Русском музее.
Источник https://vk.com/museum_andrey_rublev

0 0 ER 0.0593